pelmeshka-chan
Название: Приговор.

Автор: pelmeshka-chan

Бета: мой компьютер.

Пейринг: Кисе/Мидорима

Рейтинг: от PG-13 до NC-21(в последующих главах)

Жанр: слеш, яой, мистика, исторический, даркфик.

Размер: миди.

Размещение: С разрешения автора.

Статус: в процессе
Саммари:Когда ты живешь, заранее зная, какой жуткий конец тебя
ожидает, уже и не надеешься на спасение. Однако неожиданный поворот всегда может поджидать за углом...
Предупреждение: Насилие, Изнасилование, AU, BDSM.
От автора: Надеюсь всем понравится :3


Я был загнан в тупик собственных желаний, давивших на меня
уже так долго, наконец, им удалось поймать, овладеть мною. Эти новые ощущения
вызвали у меня бурю непонятных эмоций, разгадать которые не подвластно ни
одному гению. Да их бы и разгадывать то никто не взялся, мало кому интересно,
что творится в голове у человека.
который ожидает суда инквизиции. Возможно это и к лучшему, мой интеллект сейчас
– это единственное, что принадлежит только мне и никому больше, открываться
людям и доверять им я разучился. Жизнь преподала мне много уроков, которые я
никогда не забуду. Возможно, именно из-за своей замкнутости и отстраненности, меня
сочли врагом народа, грязным и подлым существом, не заслужившим право на жизнь.
Однако все эмоции испарились, словно из меня высосали душу, которой я так
дорожил когда-то.
Теперь, вся территория Западной Европы погрузилась во мрак,
зло окутало эти земли, поработив массовое безумие, национальное бедствие и
наконец, демографическую катастрофу. Только начали заживать раны от страданий
христиан, жестоко преследовавшихся в Римской империи, как всевидящие очи церковных иерархов обратились
к крамоле, свившей гнездышко практически под боком католической церкви -
ведьмовству и колдовству во всех их проявлениях. Инквизиторы объясняли весь
ужас пыток и смерть на костре проявлением любви к врагам Церкви. Будто бы через
физические страдания и смерть еретика они заботятся о спасении его души. Жертвой может стать каждый, независимо от
социального положения и религиозных воззрений. У судей всегда находились веские
доводы по поводу любых возникающих сомнений: ведь сделка с Дьяволом суть
«преступление исключительное», а в таких делах достаточно одних только слухов.
Опираясь на слухи, многие фанатики привлекали в качестве свидетелей обвинения
даже детей, преступников и душевнобольных. Те же, кому посчастливилось избежать
доноса, тоже пребывали в страхе, ибо в любую минуту могли быть обвинены по
чьему-либо свидетельству . Наибольшее внимание уделяется "печати
дьявола". Судьи и палачи стараются найти места, осматривая тело, отличающиеся от остальной
поверхности кожи: пятна беловатого цвета, язвочки, небольшие вздутия, а затем
наносят уколы специальной иглой. Это практически доказательство всех тяжких и гнусных
преступлений, дальше дело остается за малым – пытки, вот, что является, пожалуй,
самым приятным для судей. В этом мире, нам не дают высказывать свое мнение, мы
просто пытаемся выжить, каждая
секунда проходит в ожидании очередной
пытки, избежать которую вряд ли получится.
Мне тяжело думать, что я человек, у которого нет даже права на защиту, человек
который плывет по течению реки… Реки, воды которой скоро иссякнут.

Глава 1.
Лежа на полу, я полностью погрузился в себя, отстранившись
от реальности. Не могу сказать, о чем именно я думаю. О многом. Вспоминаю свою
семью или то как бродил по берегу небольшого озера рядом с домом, наблюдая за тем, как спокойно и непринужденно
плавали по нему лебеди. Эти птицы, белые как снег, с блестящими глазами всегда
внушали мне умиротворение. Я уже забыл, какого это, быть свободным и ничего не
бояться. Может быть, уже никогда и не
испытаю этих чувств.
Открываю глаза и возвращаюсь в реальный
мир. Холодный, несвежий воздух заставляет
дрожать, а темные стены пропитавшиеся сыростью давят. Я прислушиваюсь к
скрежету крыс по влажным каменным плитам и хлюпанью протекающей где-то трубы,
возможно, скоро придет служащий тюрьмы и отведет меня на встречу очередным
пыткам, где незнакомые люди искаженные
алчностью и непонятной ненавистью, будут заставлять признаться в том, чего я не
совершал. Вскоре я действительно услышал чьи-то шаги, закрыл глаза. Скрип ключа
в замке эхом отдался в моей голове.— Поднимайся. – я приложил все свои силы, что бы встать, но
ноги не слушались и попытки были четны, падая снова и снова на холодный пол я
надеялся, что все это сон. Больше сопротивляться самому себе у меня не
получалось. Уверенной рукой служащий схватил меня за предплечье и поднял,
словно я был невесомым существом, совершенно ничего из себя не представляющим.
Это зеленоволосый парень, внушительного роста, с тонкими, я
бы даже сказал аристократичными чертами лица. И возможно, находясь в другом
месте и в другое время, я бы рассмотрел его получше и поразмышлял бы над
увиденным, однако сейчас, вся моя голова была занята другим.
Я жалко волочился за ним, как мешок картошки, он завел меня
в не более уютное помещение, отпустил. Я медленно опустился на дрожащих ногах
на пол не издав ни звука. В комнате, помимо него было еще несколько человек, я
не обратил внимания на их количество, это и не имело никакого значения, самое
главное, пережить то, что должно произойти со мной в ближайшее время… То, что
они собирались со мной сделать..
—Кисе Рёта, вы уже находитесь здесь, практически без еды
внушительное количество времени, не один здравомыслящий человек не пойдет на
такие жертвы, дабы скрывать совершенное им преступление. Эти мучения более
жестоки, нежели быстрая и безболезненная смерть, вы так не считаете? – я поднял
взгляд, но ничего не ответил. – хм...
Для вас было бы правильным решением ответить на ряд моих вопросов. Скажите, как долго вы являетесь еретиком? – в
ответ только молчание, моя гордость и самолюбие не позволяют мне признаться в
неправде. – Отвечайте же Кисе Рёта, я жду. – Мне было все равно на его слова, я
слушал, но не слышал, абсолютно не важно, что со мной собираются делать, честь
мне дороже жизни, я снова погрузился в воспоминания и старался не обращать
внимания на суетящегося вокруг меня зеленоволосого служащего. Он затянул мне
под голенью гнутую металлическую колодку, я не знал, что меня ждет. Руки завязали сзади и посадили на грубо
сколоченный стул, кровавые картины пронеслись перед глазами, но я даже не
попытался их отогнать. Все внутри трепетало от страха, но снаружи не дрогнуло
ни одного мускула, никто не увидел моей тревоги и даже намека на нее.
— Кисе, я задал вам вопрос и намереваюсь задать еще больше,
но если вы не будете давать ответов, то постепенно ваши коленные суставы, мышцы
и голени будут сдавливаться, вплоть до расщепления. Поэтому вам стоит
хорошенько обдумать дальнейшие действия. – эти слава миллионом иголок вонзились
в мое тело, но я все еще сдерживал эмоции.
— Мидорима, ты знаешь, что делать. – Служащий кивнул, и
подойдя ко мне взялся за поршень, управляющий механизмом надетых на меня
колодок. – И так, начнем, я повторю свой вопрос: Как долго, вы являетесь
колдуном? – И снова молчание. Я не знаю, что ответить и стоит ли вообще
отвечать, просто молчу, сижу и молчу.
Дикая боль охватила меня, и лицо исказилось в жуткой
гримасе, я будто почувствовал треск собственных костей, из моих уст вырвался
бешеный крик, а потом все вдруг
померкло. Не осталось ни этих людей, ни боли, ничего кроме темноты. Не знаю,
что со мной произошло, но это избавило от мучений хоть не на долго…
«Вылей на него еще немного…», раздалось у меня в голове.
Тело обдало неприятной прохладой. Я с трудом разомкнул очи и увидел морщинистое
лицо пожилого человека, священника, который должен был отчистить меня от
нечестии. Он улыбался, и смотреть было отвратительно. Рядом стоял тот
зеленоволосый парень с ведром в руке, он словно фарфоровый: бледная кожа, холод
в глазах, никаких эмоций и готовность выполнять любые приказания этих гнусных
людей.
— Мидорима, отведи его обратно и накорми – с этими словами священник
вышел из комнаты, а служащий подойдя ко мне приказал встать. Я только сейчас
заметил, что мои ноги свободны, они перестали чувствовать что-либо кроме
бесконечной боли, я не мог пошевелить лодыжками и только лишь продолжил
неподвижно сидеть, мое сердце билось очень быстро, внутри все взрывалось и
кипело, я был напуган до жути, но за то время, которое я прибываю здесь,
научился скрывать свои эмоции под маской безразличия. Парень взял меня на руки,
не показав своего удивления, я молча поддался его действиям. Он отнёс меня
обратно в камеру, с приглушенным грохотом рухнув на пол, снова оказался среди
луж и небрежно накиданного сена. Мидорима дал мне кусок хлеба и кружку с водой,
а запирая дверь, сказал:
— Не легче ли признаться и избежать страданий?
— Что бы доставить тем самым кому-то удовольствие?
— Этот священник – человек всеведущий и всеблагой, он
справедлив и полон любви.
— Однако и он не знает, почему на земле столько горя.
— Не стоит приравнивать его к Богу.
— Ты говоришь о том самом Боге, который позволил умереть
стольким детям и матерям которые им так нужны?
— Не могут все люди быть счастливы. – после этих слов
молодой служащий развернулся и ушел оставив меня наедине с крысами и
насекомыми.

***
— Синтаро – невысокий, плотный мужчина стоял у небольшого
окна и наблюдал за прохожими, он курил
трубку, испуская клубы дыма и барабаня пальцами по подоконнику. Его задумчивость озадачила парня, как и все
сегодня происшедшее. – Я заметил, что ты немного растерян. Тебя ввело в
замешательство мое снисходительное отношение к Кисе? – Мидорима сел на скамейку
застланную бумазеевым одеялом.
— Именно.
— И ты, естественно, хочешь понять почему… Ну так
слушай, я знал этого парня, я знал его
родителей, и честно тебе признаюсь, Мидорима, мне трудно причинять ему боль. Он
видимо уже не помнит, так как видел меня, будучи маленьким мальчишкой, всюду
бегающим за родителями и хвастающим своими ребяческими достижениями, вероятно
неправильно тебе все это рассказывать, поэтому перейду ближе к делу – священник
подошел к скамейке и сел рядом со своим
служащим – Если Кисе Рёта не признает свою вину в течении недели и не покается
в содеянном, его ждут невыносимые муки. Его может ждать отлучение от церкви,
ссылка, бессрочное тюремное заключение или же одиночное заключение, это означает,
что его прикуют цепями к стене в темнице и будут кормить лишь хлебом и водой. Инквизиции ничего не стоит отправить Кисе в монастырь, где его заточат в темницу или
"покойную" келью, что практически равносильно погребению заживо. Последние
папские постановления с требованием улучшить условия содержания заключенных в
тюрьмах не дали никакого эффекта, светские власти безжалостны. Раскаяние не
подарит свободу этому парню, но хоть немного улучшит его положение. –
Старик теребил в руке маленький гладкий камушек, он был напряжен и
размышлял, как воспримет такую информацию его помощник, лицо Синтаро оставалось
спокойным, как и обычно, поэтому понять, о чем думает этот парень, было более
чем невозможно.
— Я уважаю вас и ваше решение, для меня также важно ваше
мнение, но чем я могу помочь в данной ситуации?
— Сделай все возможное, что бы в течении недели Кисе Рёта
признался в сделке с дьяволом. Как такого добиться – твое дело. Этот парень полностью в твоих руках.